dezorec_studio (dezorec_studio) wrote,
dezorec_studio
dezorec_studio

Category:

Пермский Рок. Группа "Лесные братья". От рассвета до полудня. 1968-1973 гг. Часть 1, глава 1.

Наверное, я не стал бы ничего писать ни о Лесных Братьях, ни о Пермском Роке, если бы не два коротких фильма или клипа, кому как нравится, сделанных Валерием Шелудько, за что ему ещё раз большое спасибо, которые показали, что есть десятки людей, которые знают и помнят, а некоторые даже любят тех, кто был частью их молодости, кто играл и пел, чтобы сделать их жизнь ярче. Сначала я изложил нашу историю на двух страничках, но когда прочитал статью "Звёзды пермских танцплощадок. Рассказываем о пермских ВИА 70-х.", в которой тесно переплелись реальность и слухи, понял, что без подробного описания событий того времени читатели не смогут получить реальную картину рок-музыкальной жизни Перми конца 60-х - начала 70-х годов. При этом я описал только то, чему был свидетелем. Поскольку на всеобъемлющее описание я не претендую, прошу прощения, если что-то упустил или о ком-то забыл. Вообще-то я хотел рассказать о периоде с 1969 до 1979 года, но не будучи уверенным в том, что смогу сразу осилить освещение столь большого периода, решил разделить рассказ на несколько частей. Первую часть я постарался подготовить к годовщине опубликования клипа "Пермь, начало 70-х, группа Лесные братья" Валерия Шелудько. Если она вызовет интерес и отклики читателей, я напишу продолжение. Кроме того, надеюсь до конца года выпустить диск с сохранившимися записями группы. Буду благодарен всем, кто сможет помочь фото, аудио и другими материалами по истории Пермского Рока.
С уважением, Сергей Дезорцев.
***
Возможно, я никогда бы всерьез не занялся музыкой, если бы в январе 1966 года родители моего друга Вячеслава Неганова (Славика) не приобрели в только что открывшемся ЦУМе отличный (по тем временам) комбайн VEF-РАДИО, приемник которого позволял достаточно чисто ловить музыкальные передачи BBC и голос Америки.
Однажды, в конце января Славик пригласил меня послушать рок. Надо сказать, что его родители, он и сестра жили в одной комнате, в коммунальной квартире дома рядом с кинотеатром "Молот". Родители работали на заводе им. Ленина, и в этот день у них была вторая смена. Славик торжественно включил приемник, и, повертев ручку настройки, сказал: "Кажется, есть". Сквозь потрескивания и шипения я услышал удивительную музыку. Как я позднее узнал, это была песня The Beatles - Can't by me love. Её сутками транслировал какой-то скандинавский радиомаяк, чтобы по ней ориентировались самолеты. Я прослушал её раза три подряд и готов был слушать еще, но Славик сказал: "Сейчас начнется музыкальная передача на BBC, там ты услышишь много хороших песен". И действительно, в этот день я услышал еще две песни Битлз. Домой я возвращался абсолютно счастливым. Я понял, что такую музыку я готов слушать еще и еще.
С тех пор, как только родители Славика работали во вторую смену, мы включали приемник и слушали музыкальные передачи. В то время было много отличных групп, попадавших в хит-парады. Это и Rolling Stones, и Trameloes, и Kinks, и многие другие. Но больше всего нам нравились именно Beatles. Так продолжалось несколько месяцев. Я пытался писать русские тексты на полюбившиеся мне песни Beatles. Поскольку я понимал только отдельные фразы, эти переводы были весьма далеки от оригинала, но на музыку ложились неплохо, мне захотелось попробовать их спеть, но я не умел играть. Мой отец, иногда игравший на семиструнке, показал мне несколько аккордов, и я попытался подобрать песни Beatles. Получалось не очень. Но вот дворовые песни давались мне легко, и я охотно исполнял их на лавочке в скверике на улице Землячки.
Летом после 9 класса, мы со Славиком, заработав первые деньги (разнося почту), поехали в Сочи. Жили в палатке, а по вечерам бегали на танцплощадку у моря. Там играла инструментальная группа из Казани. Репертуар состоял из мелодий Shadows, Ventures и инструментовок Beatles. У них я впервые увидел фирменные гитары. Там я познакомился с парнем из Тбилиси, неплохо игравшим на шестиструнке, и, заняв у Славика денег, приобрел на барахолке чешскую джазовую гитару Лигнатон. Вернувшись домой, я стал учиться играть на ней по аккордам, которые в письмах присылал мне Сергей из Тбилиси. К новому году я научился играть, и наконец смог спеть песниBeatles, и даже создал в школе группу с которой мы сыграли на паре вечеров. Микрофонов у нас не было, но даже если бы и были, те, кто со мной играл, не могли, да и не хотели петь. Мне становилось скучно.
Однажды в конце января или в начале февраля 1968 года Славик привел ко мне моего знакомого по 116 школе Сергея Гамова (Гамыча). Он был младше меня на год, и, как оказалось, тоже сам научился играть на гитаре, и тоже обожал Beatles. Мы поговорили, он сбегал домой за гитарой, и мы вместе сыграли несколько песен Beatles. Через несколько дней Славик притащил откуда-то пионерский барабан, и мы начали репетировать втроем. К тому времени я уже написал пару собственных песен. Они тоже вошли в наш репертуар. Даже сейчас могу сказать, что это были очень неплохие песни. Мы уже мечтали о выступлениях, но названия у нас еще не было.
Я заканчивал 10 класс, и в 20-х числах марта 1968 года поехал на каникулы в Ленинград. Целью моей поездки была покупка фирменной гитары. Моя старшая сестра училась в электротехническом институте им. Бонч-Бруевича на Мойке, и была зампредседателя профкома. Занималась организацией концертов, танцевальных вечеров и т. д. и т. п. Я попросил её познакомить меня с музыкантами, которые помогли бы мне купить гитару. Она сказала, что несколько месяцев назад у них выступала очень хорошая группа, и у нее есть телефон её руководителя. Она позвонила ему. Он пришел на танцевальный вечер в институт, где она познакомила меня с Николаем Резановым. Он объяснил мне, что за 90 рублей, которыми я располагал, фирменную гитару купить нельзя. Увидев, что я очень расстроен, он стал расспрашивать меня о том, какую музыку я собираюсь играть, я показал ему несколько своих переводов Beatles, и одну из сочиненных мною песен "Ты поймешь". Неожиданно для меня и переводы, и песня ему понравились. Он сказал: "Фирменные инструменты - не самое главное. Главное - иметь свое лицо и свой репертуар. У тебя получается писать песни, и это здорово". Потом он спросил, как называется наша группа. Я ответил, что пока никак. И тогда он сказал: "Наша группа "Лесные братья" перестала существовать. Вы можете использовать это название. Надеюсь, не опозорите". Сейчас я понимаю, что он, тогда уже очень крутой музыкант, сказал мне эти слова, скорее, в утешение. Но я воспринял их как руководство к действию.

Так я выглядел весной 1968 г.
Вернувшись домой, я рассказал об этом Славику и Гамычу. Мы репетировали почти каждый день, и даже нашли гитариста, который мог что-то играть на соло-гитаре, поэтому Гамычу пришлось освоить бас. В мае мы пошли в 116 школу, где, как нам сказали, на вечере играет ансамбль "Рифы" (до 9 класса я тоже учился в этой школе). Оказалось, что в ансамбле играли трое моих приятелей-одноклассников: Коля Беме, Игорь Киприянов (Гоша) и Андрей Белокуров, и двое ребят из параллельного класса: Володя Фурманский и Лёня Васёв. И аппаратура, и гитары у них были самодельные, но у нас не было и таких. Я установил звукосниматель на свой Лигнатон, а Гамыч за месяц сделал себе первую гитару. Она была весьма неказистая, но играла. К осени, когда я поступил в университет, у нас в репертуаре было уже больше десяти номеров. В университете я попал в одну группу с Гошей, и с тех пор мы 5 лет просидели за одной партой. В начале октября, вернувшись из колхоза (где мы упорно боролись с урожаем картошки), я, Гоша, и наш одногруппник Володя Ярошенко, стали готовиться к выступлению на студенческой весне. Для этого был создан студенческий ансамбль "Пифы" (Первокурсники Исторического Факультета). Играть на барабанах согласился Володя Созинов, старшекурсник, комсорг факультета, а главное - барабанщик самого известного в городе инструментального ансамбля "Тон-тон", что давало нам возможность репетировать на их аппаратуре в общежитии университета на Белинского. В то время у них уже были фирменные гитары: Этерна, Элгита и Мюзимовский бас. Это было круто! Таких репетиций было 3-4. На одну из них я взял с собой Гамыча. Мы с ним сыграли и спели пару песен. Гамыч впервые держал в руках фирменную гитару и был в полном восторге. На Валерия Безматерных (басиста "Тон-тона") наше пение тоже произвело впечатление, и он даже подарил нам фотографию раннего Тон-тона.
Группа "Тон-тон", у бас-гитариста гитара Лигнатон, 1967 г.
Осенью 1968 года группа "Рифы" начала регулярно играть на танцах в клубе "Металлист" на Балмошной.
Группа "Рифы", 24.04.1969 г. Фото сделано в клубе "Металлист" в связи с уходом барабанщика А. Белокурова в армию. Обратите внимание на надпись на барабане. Уже тогда и "Лесные братья", и "Рифы" называли себя бит-группами.
У нас состоялось первое публичное выступление. Произошло это в небольшом зале на 1 этаже общежития по адресу ул. КИМ, 91, и произошло это так:
В конце ноября или в первых числах декабря 1968 года в общежитии играла группа Валеры Меньшикова, нашего приятеля, и он нас пригласил прийти на танцы. Танцы затянулись, и у них кончился репертуар. И тогда он предложил нам поиграть. Ведущая спросила, как нас объявить, и мы, не сговариваясь, сказали: "Лесные братья!". Там был всего 1 микрофон (для ведущей), в него нам и пришлось петь. Мы спели несколько песен Битлз и получили шквал аплодисментов от благодарной публики. После этого мы пошли ко мне (я жил в 100 метрах от общежития) и до трёх часов ночи строили планы на будущее.
На следующий день в студклубе университета я выпросил гриф от сломанной басовой домры, и Гамыч начал делать гитару, такую же, как на фотокарточке Битлз. Фурманский и Васёв тоже делали новые гитары, а когда сделали, старая гитара Фурманского досталась мне. Починив сломанный гриф, я взялся за написание новых песен. Именно тогда я написал песню "Дождь".
Всю первую половину 1969 года мы ходили по клубам, где были танцы, и иногда нам даже давали сыграть одну-две песни. За это время у нас сменилось несколько соло-гитаристов. В начале лета нам удалось купить три усилителя "Кинап" и 4 колонки к ним. Мы сделали новые корпуса для колонок, и таким образом обзавелись собственной аппаратурой для выступлений. В июне мы выступили на нескольких выпускных вечерах и заработали первые деньги.
Наступила осень, и в университете началась подготовка к новой студенческой весне. Нашу факультетскую группу пополнили Владимир Макаров (поступивший на 1 курс), и Гамыч, которого пригласил я.
Сборная Лесных братьев, Рифов и Тон-тона, студенческая весна, 1969 г.
Выступление на студенческой весне имело далеко идущие последствия. Володя Макаров стал первым постоянным гитаристом Лесных братьев. Гамыч доделал бас-гитару, и квартет в составе Славика, Гамыча, Володи Макарова и меня начал играть на танцах в ДК Пушкина на ПДК. Мы сразу поняли, что мощности наших "Кинапов" недостаточно, чтобы прокачать зал. Этот недостаток исправил Валера Меньшиков, который переделал наши "Кинапы", по образцу "Тон-тона" и "Рифов", значительно увеличив их мощность, кроме того, он сделал для нас ревербератор на базе магнитофона "Дзинтерс". Зал был полон, и у нас появились деньги. В начале февраля (в каникулы) мы отправились в Ленинград за фирменными гитарами. Мы - это Гоша, Фурманский, Славик и я. Однако, цены в Ленинграде кусались, и тогда мы с Гошей поехали в Москву. Гоше удалось купить две "Тоники", и польский бас "Лотос". А у меня хватило денег только на одну гитару - болгарский "Супер-Хэброс" и простенькие микрофоны.
В то время мы постоянно общались с ребятами из группы "Рифы". Частенько собирались дома у Лёни Васёва. Это была весёлая компания. Гоша, Гамыч, Фурманский, я и сам Лёня. А летом ребята приезжали отдохнуть в лагерь, где я работал вожатым.
Лето 1970 г. Кукуштан, пионерлагерь "Гудок"
В начале лета, продав свою самоделку и добавив денег, Гамыч тоже обзавелся басом "Орфей" в форме скрипки. Лето мы отработали на танцплощадке ДКЖ. Половину нашего репертуара составляли инструментальные композиции Shadows и Ventures. Другая половина состояла из песен Beatles на русском и на английском, а также нескольких своих песен. Публике все нравилось, но мы хотели перемен.
Осенью 1970 года Рифы начали работать в ДК Ленина (сменив уехавший в Курган "Тон-тон") и к зиме приобрели две новенькие "Этерны", а мы осенью расстались с Володей Макаровым (он, если не ошибаюсь, стал работать в группе "Склавины"). У нас появился новый гитарист, Лёва Толстобоков (Чадо). В октябре мы открыли сезон в клубе Орджоникидзе. С большой теплотой вспоминаю директора клуба Вотинову Тамару Васильевну, которая приняла нас, как родных.
Лесные братья, осень 1970 г.
Мы постепенно отказывались от инструментальной музыки. Поэтому, когда мы начали работать в клубе Орджоникидзе, наш репертуар более чем на 80% состоял из песен, семь из которых были свои. Гамыч оказался прекрасным аранжировщиком. Именно тогда была аранжирована песня "Дождь" в окончательном варианте с мощно звучащим вступлением. Зал был набит битком, и так как мы получали процент от выручки, наши доходы позволили нам приобрести новые гитары. Лёва получил "Этерну Де-люкс", а я стал обладателем замечательной 12-струнки "Алко". Она обошлась дороже двух мотоциклов "Ява", но стоила этих денег.
Комплект гитар "Лесных братьев". Алко, Этерна Де-люкс и Орфей-бас.

Гитары "Алко" польского мастера Альфреда Копачека производились вручную в небольшой мастерской. Всего было произведено, по разным сведениям, от 100 до 300 электрогитар, причем подавляющее большинство составляли простенькие "доски", особую ценность представляли собой 9 и 12-струнные полуакустические гитары Копачека, которых было изготовлено всего по несколько штук, и обладали уникальным звуком (в настоящее время 9-струнная модель Алко есть в коллекции Вити Камашева).


Я в ноябре 1968 года в знаменитом малиновом пиджаке

В ноябре 1970 года, будучи в Москве, Гамыч познакомился с тогда ещё не очень известным Владимиром Мулявиным около магазина на Неглинной, где большинство музыкантов страны приобретали инструменты. Мулявин искал именно 12-струнную Алко. Гамыч показал ему фото, которое было у него с собой, они разговорились, Мулявин сказал, что "Песняры" вот-вот выпустят диск-гигант и снимутся в музыкальном фильме. Они поехали в гостиницу, где остановился Мулявин, посидели там и обменялись  телефонами, договорившись встретиться в следующий приезд в Москву. Так как у Гамыча телефона не было, он дал мой. Через некоторое время Мулявин сообщил, когда будет в Москве, и мы отправились в столицу. Мулявин пригласил нас в номер, мы немного выпили. Оказалось, что Владимир тоже большой поклонник Битлз, мы пели песни Битлз в нашем переводе и свои песни. Мулявину понравилась только что написанная тогда песня "Красивая девчонка". Он сказал, что на завтра у него намечена встреча с его приятелем-музыкантом, который может быть нам полезен. На следующий день мы встретились у метро Краснопресненская, где он познакомил нас с Евгением Латышевым. Евгений Савельевич Латышев, в 60-е годы - руководитель ансамбля "Серебряные гитары" в 1971 г. был директором коллектива "Московская балалайка" Людмилы Зыкиной.

ВИА "Серебрянные гитары", конец 60-х гг.
Мулявин сказал о нас несколько хороших слов, после которых Женя дал нам свой телефон, и сказал, чтобы мы не стеснялись звонить, если будет что-то нужно. Через какое-то время Гамыч снова поехал в Москву и отвез Алку Мулявину.
Владимир Мулявин, 1971 г.
В мае Славика (нашего барабанщика) забрали в армию. Пришлось срочно искать замену. Нашим ударником стал Владимир Степанцев, которого мы сразу же прозвали Рогулей. Тогда ему не было и 16 лет, но он был одним из самых перспективных барабанщиков в городе. Через неделю мы уже играли на открытой площадке на Кислотных дачах.

конец мая 1971 г., я, Чадо, Гамыч и Рогуля
В те годы по вечерам (когда были свободны) мы собирались у Коли Беме, пианиста и барабанщика. Он жил один в однокомнатной квартире, и всегда был рад гостям. Там частенько бывали мы с Гамычем, Гоша, Коля Поляков, и Володя Опутин из "Гулливеров", и другие. Играли на фоно, гитаре, до хрипоты спорили о музыке и иногда выпивали. Однако, на нашей работе это никак не сказывалось.
30 июня 1971 г., в среду, мы всей командой загорали на пляже КамГЭС. К нам подошли двое людей, одного из которых мы знали, это был Саша Пономарёв. А другой, как оказалось, зам. директора сада Горького. Он, без всякого предисловия, предложил нам работу на танцах в "Огороде", причем начинать надо было прямо сегодня. Оказалось, что "Гулливеров", которые играли в огороде с начала лета, выперли за то, что они к концу каждого вечера так уставали, что делались совсем выпившими. Мы попросили время подумать, и нам дали целых 10 минут. Мнения разделились. Мы с Гамычем были за, а Чадо и Рогуля - против. Их аргументы сводились к тому, что "Гулливеры" - очень сильная инструментальная группа с опытом работы на больших площадках. И это была чистая правда. Но мы с Гамычем не собирались упускать этот шанс, и решили попробовать. До танцев оставалось часов 6. Танцы начинались в 8. Мы заехали в Учкомбинат на Кислотных дачах, где лежала аппаратура, погрузили её в машину, и увезли в "Огород". Потом все разъехались по домам, чтобы привести себя в порядок, и в начале седьмого собрались на танцплощадке и начали настраивать аппаратуру. Тут-то и выяснилось, что у нас пропали микрофоны (как выяснилось на следующий день, их спер один из наших добровольных помощников). Это была катастрофа, потому что к тому времени мы почти не играли инструментальных пьес. Но отступать было некуда, и, немного потянув время, в начале девятого мы начали танцы. По сравнению с "Гулливерами", наш подзабытый инструментал звучал достаточно бледно, и несколько сотен поклонников "Гулливеров", собравшихся к середине второго отделения отнеслись к нам весьма враждебно. На сцену полетели бутылки, а кто-то даже не пожалел портсигар с тремя богатырями на крышке, который я храню до сих пор. Если бы не два-три десятка наших поклонников, которые оказались на площадке, нас бы, вполне возможно, поколотили. Но мы все-таки доиграли до конца.
Лето 1971 г.
Следующие танцы должны были быть в пятницу. На следующий день мы навестили того, кто взял наши микрофоны, которые он успел продать, но мы получили с него деньги. В тот же день после репетиции на сцене в "Огороде" мы поняли, что на полной мощности наша голосовая аппаратура звучит некачественно. Мы, не раздумывая, продали её (покупатели на неё давно были) и Гамыч улетел в Москву, откуда прилетел вечером в пятницу с новыми микрофонами и комбиком "Регент-30". Танцы, которые должны были состояться в пятницу, пришлось отменить, а днем в субботу мы уже опробовали новую аппаратуру на площадке. Вечером в субботу мы снова стояли на сцене, но на этот раз мы были во всеоружие. В Регент мы включили три микрофона и сольную гитару. Поиграв в первом отделении инструментал, во втором мы начали петь. Исполнив пару медленных песен, мы услышали первые аплодисменты. А когда мы начали играть "Twist and shout", публика начала сходить с ума. Так, чередуя медленные и быстрые песни, мы закончили второе отделение. В перерыве к нам в каморку началось паломничество. Те, кто несколькими днями ранее освистывали нас, подходили засвидетельствовать своё уважение, и угостить, кто чем (от плодово-ягодного в трёхлитровых банках до столичной). Третье отделение мы начали с песни "Летний дождь". Успех был полный. Публика просила её снова и снова, и нам пришлось её сыграть 3 или 4 раза (чередуя с медленными песнями). Наш успех произвел впечатление на руководство парка Горького, и с 1 июля 1971 года с нами был заключен договор. На следующий день на площадку, рассчитанную на 700 человек, набилось более 2000. Так продолжалось весь июль. Порой количество танцующих доходило до 3000 человек. Иногда у нас возникали проблемы с ударником. Поэтому нас несколько раз выручал легендарный уже в те времена барабанщик Валя Голицын.
Tags: #dezorecstudio, #архивпермскогорока, #битлз, #валерийшелудько, #виа, #вксергейдезорцевцезарь, #группалесныебратья, #группарифы, #длятехктознаетлюбитпомнит, #историяпермскогорока, #историярокнрола, #легендырусскогорока, #людмилазыкина, #пермскиеклубы70х, #пермскийрок, #пермьначало70х, #роклайн, #русскийрок, #сергейдезорцев, #серебрянныегитары, #советскиегитары, #хиты70х, #энциклопедиярока
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments