dezorec_studio (dezorec_studio) wrote,
dezorec_studio
dezorec_studio

Category:

Пермский Рок. Группа "Лесные братья". От рассвета до полудня. 1968-1973 гг. Часть 1, глава 2.

Хочется сказать несколько слов о танцевальных вечерах того времени. Зимой они проходили в клубах и ДК, а летом - на открытых площадках, которых было по несколько в каждом районе города. Заплатив 30-50 копеек, каждый опрятно одетый молодой человек или девушка (неважно, школьник, студент или представитель рабочей молодёжи) мог прийти один или с компанией, чтобы познакомиться, пообщаться, и, конечно, потанцевать. Никаких дополнительных затрат не было! Девчонки в возрасте от 15 и старше, в модных тогда миниюбках, без особых косметических ухищрений, выглядели просто прекрасно, и ребята лет от 16 старались соответствовать. Ни милиции, ни вышибал на входе я не припоминаю. Многие из тех, кто приходил в первый раз и стеснялись, не умея танцевать, после двух-трёх посещений чувствовали себя как рыба в воде. Много позже чиновники, которым глубоко безразлична судьба молодёжи, уничтожили танцплощадки, чтобы избавить себя от лишней головной боли. Их заменили ночные клубы с фейс-контролем и дресс-кодом на входе, для посещения которых требуются немалые деньги, именно поэтому большинство молодых людей, у которых их (денег) не водится, проводят вечера сидя в соцсетях, выпивая дома или слоняясь по улицам в поисках приключений.
Однако вернёмся в "Огород". Мы постоянно добавляли новые песни в наш репертуар и публике это нравилось. Кроме того, мы общались с публикой, объявляли песни и хохмили. Чтобы прекратить такое общение, к нам прикрепили ведущую. Однажды, в самом конце июля, нас вызвал к себе директор и сообщил, что в субботу-воскресенье мы можем отдохнуть, так как будет выступать оркестр Владимира Лицмана. Мы знали, что в военный оркестр к Лицману попадали лучшие музыканты города, призванные в армию, поэтому в субботу, часам к 9, мы в полном составе пришли к танцплощадке. Надо сказать, что оркестр Лицмана имел отличную аппаратуру. Голоса звучали через "Регент-60" - лучший голосовой комплект, который можно было достать. На сцене был сокращённый состав: три гитары, ударник, клавиши и пара дудок + солист. Они очень хорошо пели самые популярные песни советских ВИА и зарубежные хиты, в том числе и Битлз. В конце второго отделения мы зашли на танцплощадку, и уже через несколько минут (мы никак не ожидали такого эффекта) в толпе начались выкрики "Дайте братьям сыграть!". А потом это начали скандировать почти все. На сцену вышел директор сада, и стал объяснять публике, что надо уважать выступающих, и что "Лесные братья" сегодня отдыхают. Но его никто не слушал. В перерыве он подошел к нам, и сказал: - Какого чёрта вы припёрлись? Вы сами-то понимаете, какую проблему мне и себе вы создали?
Толпа не унималась. И тогда Юзвак разрешил нам играть. Мы подошли к музыкантам, надеясь, что нам разрешат воспользоваться аппаратурой, стоявшей на сцене. Но нам было отказано. Добровольные помощники в течение перерыва принесли нашу аппаратуру на сцену, мы установили её, и начали третье отделение. Все было как всегда, мы были в ударе, а публика в экстазе. И тогда уже музыканты Лицмана попросили нас дать им сыграть. Мы не возражали. Нам хотелось послушать, как наша аппаратура звучит со стороны. Для этого мы отошли в дальний конец площадки. Оказалось, что очень качественно, но не очень громко. Но зрители, стоявшие рядом, успокоили нас. Они сказали, что наш вокал звучит намного громче, чем их, даже когда они пели на своей аппаратуре. Это нас успокоило. На следующий день мы, как ни в чём не бывало, стояли на сцене. Но уже через неделю на танцах появились серьёзные люди в пиджаках и галстуках, которые слушали нас и наблюдали за танцующими. Сразу после танцев зам. директора сообщил нам, что это была высокая комиссия, которая должна сделать орг. выводы. После этого мы отработали ещё неделю, а в середине августа директор "Огорода" Юзвак, пряча глаза, сообщил нам, что далее работать на танцах мы не можем, так как у нас нет тарификации. Именно так выглядит причина увольнения в моей трудовой книжке. На наш вопрос, как мы можем пройти тарификацию, он ответил: Закончить музыкальное учебное заведение, или обратиться к Владимиру Лицману. Всё стало понятно. Осенью 1971 года нас пригласили играть в ДК Калинина. Работа в Огороде, на центральной танцевальной площадке, увеличила число наших поклонников, и теперь они приезжали на танцы со всех концов Перми.
Осенью того же года было объявлено, что по всей стране начинается подготовка к телевизионному конкурсу "Алло, мы ищем таланты!". В Перми отборочный тур решили провести в ДК Кирова. Поучаствовать в нём решили и мы. Специально для конкурса мы стали придумывать новое название, так как устроители конкурса были категорически против "Лесных братьев". Мы перебрали полтора десятка и остановились на названии "Школяры". Мы прошли отборочный тур, и стали готовиться к финальному концерту. Каждый участник программы должен был исполнить два произведения. Одно общеизвестное, а другое - по собственному выбору. Первой нашей песней был романс "Я встретил Вас", а второй - написанная специально для конкурса песня "Тогда вдвоём". Многие номера в концерте исполнялись под баян, ансамбли народных инструментов или под эстрадный оркестр ДК Кирова под руководством известного на всю Пермь Бориса Мазунина. Из групп был ансамбль музыкального училища, группа "Ровесники" и мы. Ребята из музыкального училища, среди которых был мой приятель, замечательный саксофонист Лёва Вайсбаум, в качестве произвольного произведения акапелла исполнили задушевную песню "Криницы". Группа "Ровесники" - красивую лирическую композицию "Небо", а мы - рок-н-ролл "Тогда вдвоём". Позднее Лёва Вайсбаум сказал мне, что нам удалось завести спокойную до этого публику и он нисколько не сомневался, что жюри это оценит. Через некоторое время после окончания концерта всех участников собрали для оглашения решения жюри. Когда очередь дошла до нас, председатель жюри, композитор Генрих Романович Терпиловский, насупив брови, сказал: Для жюри не секрет, кто вдохновил этих ребят на написание этой чуждой, для советских людей, музыки, на что Гамыч (который никогда не отличался сдержанностью) сходу ответил: Если мне память не изменяет, в молодости вы тоже играли "чуждую" музыку, и вам это нравилось. Терпиловский на мгновение растерялся, но потом сказал что-то вроде "Не собираюсь с вами спорить, но надеюсь, что вы сделаете правильные выводы". На этом наше участие в конкурсе закончилось.
Мы вернулись в ДК Калинина и на очередных танцах, после второго отделения зав. массовым отделом подвела к нам невысокого человека, который представился инструктором только что созданного ДХС (Дома Художественной Самодеятельности) Тимуром Шакировым, который предложил мне, как руководителю, в первый же рабочий день подъехать в Дом художественной самодеятельности для беседы. Приехав в ДХС, я узнал много нового, например, что песни имеют право писать только композиторы, то есть люди, окончившие композиторские факультеты музыкальных ВУЗов, поэтому мы больше не можем петь свои песни на публичных мероприятиях, то есть танцах, концертах и т.д. и т.п. Кроме того, каждый сезон мы должны проходить прослушивание, по результатам которого комиссия ДХС, которую возглавляет майор Карусов, дирижёр духового оркестра военного училища (!!!) решит, допускать ли нас до игры на танцах. А ещё я получил брошюрку (так называемую методичку). Думаю, что такие же получили и участники других групп. Приведу только одну непререкаемую истину из этой методички. ,,Гитара (электрогитара) не может быть солирующим инструментом, потому что имеет узкий тембровой диапазон и недостаточную громкость.". И таких перлов там было несколько страниц. Через пару лет, когда я показал эту методичку Людмиле Георгиевне Зыкиной, она взяла её у меня, чтобы показать "подружке", как образец глупости.
Через неделю, в начале декабря, в кабинете директора дворца нам устроили разнос, дескать, как вы посмели отправиться на этот конкурс, не согласовав с нами программу. После этого нам предложили расторгнуть договор. В поисках работы мы объездили несколько мест, и везде получали отрицательный ответ. Причины отказа были самые разные. И только на второй неделе поисков директор одного из клубов по секрету сообщил мне, что группу "Лесные братья" запрещено брать на работу по указанию сверху. После этого мы стали искать работу как безымянный "вокально-инструментальный ансамбль". Первый же звонок в клуб "Речник" показал, что мы выбрали правильную тактику. При встрече директор клуба Юрий Павлович Свердлов, впоследствии многое для нас сделавший сказал, что, поскольку мы - ансамбль, никому не известный, мы должны сыграть бесплатно один-два раза, и если народ пойдет, он нас возьмёт. И тут перед нами встала новая проблема: мы снова остались без барабанщика. Рогуля порекомендовал нам ударника, игравшего в ансамбле "Ритм" в ДК Дзержинского.

Таким мы впервые увидели Лёху
Там мы в первый раз увидели Алексея Селиванова (Лёху). Он согласился не сразу. Мы пригласили его на репетицию перед танцами. Как только Лёха сел за барабаны, мы поняли, что это тот человек, который нам нужен. Он прошел прекрасную школу, так как служил барабанщиком в Потсдамском оркестре группы Советских войск в ГДР. В тот же вечер Лёха отыграл танцы и стал полноправным членом группы. Уже на второй день зал был набит битком. Мы были приняты на работу и получали приличный процент от выручки. В зал, рассчитанный на 350 мест, набивалось до 900 человек. В раздевалке вешали по 2-3 пальто на одну вешалку. Начальство шло нам навстречу во всем. Поскольку мы часто репетировали допоздна, да и танцы заканчивали позже, чем положено, и не успевали на 6 автобус, который ходил только до 23-30, нам выделили несколько раскладушек, чтобы мы могли выспаться перед работой и учёбой. И только Лёха, который работал на заводе Свердлова с 7 утра, всегда уезжал ночевать домой.
Ещё в апреле 1971 года мы с Гамычем побывали на концерте ВИА "Весёлые ребята" в доме Офицеров. Там мы впервые увидели аппаратуру BEAG. Мы были поражены чистым мощным звуком. После концерта мы пообщались с оператором Веселых ребят, который показал нам аппаратуру и рассказал о её возможностях. С того времени мы решили во чтобы то ни стало приобрести такую аппаратуру.
Перед новым годом я позвонил Жене Латышеву и мы договорились о встрече, мы записали несколько песен, как Битлз в нашем переводе, так и свои, с которыми Гамыч отправился в Москву. Женя похвалил Битлз в нашем исполнении, но заметил, что в Москве есть сотни групп, которые делают каверы на известных исполнителей, а вот наши песни уникальны и могут открыть нам путь на большую сцену. Воспользовавшись моментом, Гамыч рассказал ему о нашем желании приобрести комплект BEAG. Оказалось, что BEAG продавался только концертным организациям за безналичный расчёт и с обязательным утверждением в республиканских министерствах культуры. Женя обещал показать наши песни Зыкиной и узнать, что можно сделать по приобретению аппаратуры. Он позвонил через несколько дней после нового года. Всё в порядке - сказал он. Во-первых, песни ей понравились (он показал ей только три самых лирических), а во-вторых, она согласилась помочь нам и подписала заявку на BEAG и её уже направили в министерство. Всё складывалось как нельзя лучше. В течение нескольких дней мы нашли покупателей на всю нашу аппаратуру и стали ждать. В первых числах февраля Гамыч с деньгами (сумма, сопоставимая со стоимостью автомобиля) отправился в Москву и уже через 2 дня я встречал его в Савино с ценным грузом, новеньким комплектом BEAG-100. Никакая самодельная аппаратура, даже лучшая, не могла сравниться с ним по звучанию, так как советские (кинаповские) динамики не выдавали нужный диапазон частот. На следующий день мы обмывали аппаратуру. На этот междусобойчик мы пригласили и Гошу Киприянова. В результате получился небольшой сейшн, который всем понравился. После этого Гоша стал заезжать к нам на репетиции.
Публика по достоинству оценила новое звучание. Мы больше не играли инструментальных композиций. В репертуаре появились каверы песен Monkeys, Deep Purple, Creedence, Beach Boys и несколько новых наших песен. Работа над каждой новой песней начиналась с того, что я наигрывал её Гамычу, он записывал текст и гармонию, мы вместе пропевали её и через несколько дней он показывал мне почти готовую аранжировку. Вместе мы доводили её до ума. На этом этапе подключались Лёша и Чадо, которые высказывали свои пожелания и после одной-двух репетиций песня выносилась на суд публики. Когда у нас выдавался свободный вечер, мы все вместе отправлялись куда-нибудь на танцы (чтобы быть в курсе).
В то время (начало 70-х годов) репертуар подавляющего большинства групп состоял из инструментальных композиций Shadows и Ventures, перепевок песен нескольких отечественных популярных ансамблей, таких как "Толстый Карлсон", "Для меня нет тебя прекрасней", "Клён", песен стран социалистического лагеря (в основном, польских), и всяческих братских республик, таких как "Червона Рута", "Водограй", "Хуторянка" и каверов на западные хиты, в основном выходившие на гибких пластинках фирмы "Мелодия". Во многих залах играли Smoke on the water (кто как мог) и почти везде - "Шизгару". Такой репертуар позволял добиваться популярности без особых интеллектуальных затрат. Хотя следует признать, что исполнение каверов известных песен (особенно западных исполнителей) способствовало расширению кругозора публики и популяризации запрещённых групп. Ансамблей, которые сами писали для себя песни, по всей стране были единицы. А в Перми их практически не было. Впрочем, исключения всё же были. Однажды, в одном из кафе Орджоникидзевского района, где выступала группа "Сюрприз", мы были очень удивлены, когда услышали в репертуаре 15-16 летних ребят несколько собственных песен. Позднее Витя Камашев, руководитель этой группы работал во многих известных московских коллективах.
Tags: #dezorecstudio, #архивпермскогорока, #битлз, #валерийшелудько, #виа, #вксергейдезорцевцезарь, #группалесныебратья, #группарифы, #длятехктознаетлюбитпомнит, #историяпермскогорока, #историярокнрола, #легендырусскогорока, #людмилазыкина, #пермскиеклубы70х, #пермскийрок, #пермьначало70х, #роклайн, #русскийрок, #сергейдезорцев, #серебрянныегитары, #советскиегитары, #хиты70х, #энциклопедиярока
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments